|
 Наталья О’Шей – солистка и творец-идеолог группы «Мельница» - более известна широкой публике как Хелависа. Тому, кто хоть раз слышал ее голос, он запоминается надолго – забыть или перепутать его с каким-либо другим очень трудно. И музыка «Мельницы», не поддающаяся банальной стилевой классификации, - безусловно, не просто великолепное и изящное его обрамление... Она - сама по себе ценность для тех, кто умеет слушать.
- Наталья, в последнее время группа «Мельница» гастролирует все активнее, и Вам довелось побывать уже во многих городах. Какой из них Вам наиболее запомнился?
- Бывают впечатления хорошие и не очень хорошие. Бывает и так, что остаются плохие впечатления от города и неплохие от концерта, и наоборот. Скажем, в городе Минске у нас была отвратительная организация, просто чудовищная. Вообще никогда такого с нами не было, и надеюсь, больше не будет. Но публика там очень хорошая. С другой стороны, к примеру, очень пафосно обычно организуют концерты уфимцы - с этим там все очень хорошо, но аудитория в Уфе очень тихая и даже где-то зажатая. Так что, всегда «комплексные» впечатления остаются… А вообще, мне нравится Казань… Люблю Казань…
- Вы по образованию кельтолог-лингвист, да и заграницей бываете часто. Не думали выпустить англоязычный альбом?
- Я пока не вижу в этом большого смысла, потому что я пишу на русском оттого, что мне удобно выражать те мысли, которые я хочу выразить, именно русским текстом. Это раз. И два: мы достаточно востребованы в России и совершенно не факт, что если мы, скажем, поднапряжемся, запишем англоязычный альбом, то мы будем столь же востребованы за границей.
- А не планирует ли группа выпустить видео-версию ваших выступлений на DVD, ведь не у всех, к сожалению, есть возможность сходить на ваш концерт? Или, быть может, снимете пару клипов?
- DVD… Да. В будущем. Скоро. Скоро выпустим концерт в Лужниках прошлогодний, наконец-то… А по поводу клипов ничего не могу сказать, поскольку мы пока не имеем достаточной радиоротации. Такой, которая бы оправдала съемки клипа, потому что не хочется снимать малобюджетный клип, не хочется снимать клип, который потом будет крутиться по парочке кабельных каналов - и все. Я просто не вижу в этом смысла… Не хочется также снимать клип, который исключительно мы сами будем показывать на заднике сцены на  собственных выступлениях. В общем, если снимать клип – должна быть уверенность в его ротации, нормальной ротации по всем каналам. А ротация видеоклипа должна быть обусловлена радиоротацией. А радиоротация в нашей стране – это ротация по «Русскому радио», которой у нас пока нет…
- Сейчас многие группы записывают кавер-версии своих любимых композиций. Вы не думали как-нибудь тоже попробовать? Перепеть, например, что-то народное…
- Знаете, пусть этим занимаются другие. Я думаю, что лезть не в свою «епархию» не только вредно, но и опасно. У нас есть люди, которые занимаются именно народной музыкой. А если вдруг нас что-то стукнет по голове и мы споем, к примеру, «Не белы снежочки на сырой земле лежат», нам тут же скажут: «Что ты, девочка, на Пелагею замахнулась? На святое?». Но мне это совершенно не нужно. В принципе, материал группы «Мельница» - это авторская музыка, то есть мы не играем просто музыку для того, чтобы музыку играть. Мы что-то сказать хотим… И нам важно, что мы играем свой собственный материал.
- Наталья, что Вас вдохновляет на создание песни?
- Ой, меня что только не вдохновляет. Это что угодно может быть. Мне часто что-то снится, какие-то фразы я запоминаю… Или образы, или картинки, запахи… Я очень много из снов приношу… Кроме того, путешествия, какая-то вскользь сказанная фраза. Вот, например, мне недавно сказали: «Ты работаешь ангелом на полставки». Я теперь хожу и думаю, какая классная фраза - «ангел на полставки», об этом надо написать песню. То есть стимулом может быть все что угодно. Если я пишу что-то, чему дала отправную точку какая-то книга, то по результату об этом догадаться нельзя. Обычно все очень далеко уходит.
- Общаетесь ли Вы с поклонниками своего творчества? Что Вам дает это общение?
- Да, конечно. Но, думаю, что в первую очередь это что-то дает им. Просто я считаю себя за них в некотором роде в ответе. Это как у Сент-Экзюпери. Так вот уж получилось, что мы их приручили, и поэтому, на мой взгляд, обязаны с ними общаться в достаточной мере, отвечать на вопросы… Нам очень много пишут на форуме, много пишут и в личную почту с какими-то просьбами, и мы всем отвечаем, со всеми ведем переписку. Иногда, конечно, дурость всякую пишут, иногда – что-то очень хорошее. Мне кажется, что это просто необходимо, ведь если ты поешь для поклонников, ты берешь на себя какую-то ответственность, и в каком-то плане они на тебя ориентируются, они на тебя надеются, и надо чем-то им помогать .
- Идеальная публика - какая она на Ваш взгляд?
- Идеальная публика… Начитанная, но не зажатая.
- Однажды Вам довелось поработать с группой «Пилот». А есть ли еще люди, с кем бы хотелось спеть?
- Буквально недавно поработала с группой «Кукрыниксы». На следующем их альбоме выйдет трек с моим участием. С «Калиновым Мостом» я уже работала, точнее, я исполнила свою мечту: спеть с «Мостом» на сцене мою любимую песню «Улетай». Кроме того, с удовольствием бы поработала с «Пикником», с БГ, конечно. С Валерием Александровичем Кипеловым. Это из наших. А из зарубежных людей… Столько народу!
- Ваше образование вообще располагает к музыкальной карьере: и музыкальная школа, и лингвистика. Насколько вообще важно соответствующее образование для музыканта?
- В плане музыки иметь хоть какое-то образование обязательно, минимум – музыкальная школа. Кроме музыкальной школы, я много занималась с частными преподавателями - и по сольфеджио, и по гармонии, и по вокалу, и по арфе. Ты действительно должен знать алгебру своей гармонии, ты должен знать логику построения музыки. То же самое относится к тексту. Если ты плохо понимаешь, как вообще функционирует русский язык, как он живет, мне кажется, ты не сможешь написать по-настоящему хороший текст. У меня, наверное, высшее образование предопределило стилистику песен, однако если ты не понимаешь, как работает миф или как работает сказка, то есть само устройство, теорию, механизм взаимодействия каких-то мотивов, то ты не сможешь написать хорошую песню об этом. Ты сможешь написать стилизацию… В принципе, никто не мешает тебе написать песню, в которой через слово будет встречаться слово «дракон», еще через два – «эльф», еще через три – «замок», «рыцарь», «магия» и, к примеру, «клинок». Из всего этого дела любой человек, у которого «подвешен» язык, может «сварганить» текст, который, может быть, будет неплохо выглядеть. Но это неправда. И слушатели, естественно, это тут же почувствуют. Но если миф тебе действительно интересен, если ты переживаешь за его героев или вообще - создаешь свой собственный миф, подчиняясь опять же логике индоевропейского мифотворчества, тогда он получится правдивым. И тогда зрители тебе верят, тогда это зацепит всех.
- А как Вы начали писать песни?
- Случайно. Я никогда не считала, что способна писать стихи и как-то не собиралась этого делать. Другое дело, что музыку я сочиняла почти всегда. Сколько себя помню, все время что-то намурлыкивала и сначала попробовала просто так, для смеха, что называется, положить на музыку стихи Роберта Бернса. Из всего этого получилась широко известная ныне песня «Горец». Это была одна из самых-самых первых моих песен. Пару лет я с большим удовольствием писала песни под гитару на стихи Бернса, Гумилева, Толкиена, Цветаевой… И все было нормально. А потом однажды… Видимо, мозги как-то созревают, взрослеют, и ты уже можешь не цитировать мысли чужие, у тебя появляются какие-то собственные, которые ты уже можешь выразить. И совершенно случайно для себя, совершенно неожиданно, я вдруг написала песню «Дорога сна». И выяснилось, что, оказывается, я еще и тексты песенные могу писать. Вот с тех пор пишу…
- Вы преподаете в МГУ и Trinity-College в Дублине. Есть ли различия между нашими студентами и ирландскими?
- Да, очень сильные. И не в пользу ирландцев…В хороших традиционных университетах, таких именно, как наши, студент сам должен хотеть учиться. Именно в этом и состоит вся фишка бесплатного образования и всех этих спецкурсов, спецсеминаров. Например, у меня сейчас есть студентка – это просто караул! Это Гермиона Грейнджер в натуральном виде (причем, тоже лохматая, что характерно), и я вою, потому что она так хочет учиться… Иногда я просто думаю: «Пойди, что ль на роликах покатайся, только меня не доставай!» Но, с другой стороны, я понимаю, что это круто. Это очень хорошо. Я помню, что была точно такая же, тоже доставала преподавателей в свое время, звонила им полпервого ночи и говорила: «Я тут перевела вот такое слово вот так-то. Это правильно или нет?». Бедный преподаватель говорил: «Наташа, может быть, мы поговорим об этом завтра?». И мои несчастные ирландские преподаватели, которым я писала по e-mail'у… Я привыкла, что наш студент хочет учиться. Если предлагаешь ему какой-то курс, то только успевай отбиваться от желающих на него записаться. В Ирландии им предлагают курс, а они спрашивают: «А сколько это дает финальных баллов?», «А сколько Вы нам дадите книжек?»… Так что русские студенты лучше.
- Все ли детские мечты удалось реализовать?
- Пока не все, но думаю, что я в процессе.
- А как Вы относитесь к «западнизации» России?
- Мне кажется, что перенимать надо с умом. Скажем, то количество заимствований из английского, которое появилось в последнее время в русском языке, - оно, конечно, не обязательно. Далеко не все слова не имеют соответствующих реалий в русском языке и соответствующих русских обозначений.
Я абсолютно не против того, чтобы заимствовать какие-то достижения западной и восточной культур… Просто, мне кажется, во всем нужно соблюдать меру и думать.
- Наталья, Вы гордитесь своей страной?
- Да, я очень рада, что я русская. Мне нравится моя страна. Я с очень большим чувством отношусь к России, я очень люблю ее, и меня очень расстраивает, когда те люди, которым я не нравлюсь, обсуждают меня в таком ключе, что, мол, Хелависа выскочила замуж за иностранного дипломата, как ей, значит, «свезло», и «свалила» из страны… Я не «свалила» из страны! Если бы у моего мужа была возможность десять лет работать в России, мы бы здесь жили и горя не знали. Другое дело, что дипломатическая работа – это очень тяжелая государственная служба. Потому что, куда моего супруга послали, туда он и поехал. Туда же и я поехала. Хорошо, сейчас нам повезло: мы живем в Женеве и каждые выходные ездим в горы, занимаемся экстремальным спортом и т.д. А через три года пошлют нас… в Буркина-Фасо. И посмотрю я тогда на людей, которые говорят: «Ой, как Хелависе повезло: она выскочила замуж за иностранного дипломата… Вы посмотрите, как ей хорошо-то в Буркина-Фасо живется…». Вот это будет смешно. |
